Аперитив: вкус мечты

Я не объясняю,не рассказываю...Я просто пишу.

Мук творчества не бывает, муки возникают, когда нет творчества. Отсюда вырисовывается задача психотерапии – помочь пациенту найти или интересную работу, или интерес в работе. А эти идеи примыкают к экзистенциальному анализу1Современный экзистенциальный анализ формулирует эту концепцию одной фразой, которая звучит так: экзистенциальный анализ – это метод, который старается помочь человеку жить с внутренним согласием по отношению к тому, что он делает. Это подразумевает, что мы находим внутреннее «Да» по отношению к своим действиям, что мы стараемся делать только те вещи, по отношению к которым у нас есть внутреннее согласие – внутреннее «Да». Если я делаю что-то, с чем я не согласен, что не гармонизируется со мной, что не в согласии со мной, что не резонирует во мне, – тогда я реально не живу в своей жизни. Другими словами, экзистенциальный анализ – это психотерапевтический метод, который ставит целью помочь человеку сказать четыре «Да»: миру, жизни, себе и смыслу., который видит смысл жизни прежде всего в осуществлении созидательных ценностей, затем ценностей переживания, а когда приходится пострадать, то и здесь можно найти смысл…М. Е. Литвак2Михаил Ефимович Литвак – психиатр, психотерапевт, кандидат медицинских наук, автор 30 книг по практической и популярной психологии и ряда научных статей, посвященных вопросам психотерапии, психологии общения. М. Е. Литвак умер 10 сентября 2020 года в г. Ростове-на-Дону.

Эти слова особенно откликаются мне. Они будто про меня. Я всегда чувствовал: если есть творчество, то оно движет вперёд; если его нет, то всё застывает, словно промерзающий зимой пруд, скованный неподъёмной коркой льда.

Надо сказать, что мне всегда трудно начинать. Чистый лист открытого документа на экране – и я застываю перед ним, будто перед бескрайней белой пустыней. Это как стоять у края воды и не решаться войти: холодно, непривычно, страшно сделать первый шаг. Самое сложное – это старт. А уж о том, как завершить, я и вовсе молчу. Чехов советовал вычёркивать первую и последнюю фразу в рассказе. Думаю, он был прав: первую нужно выбрать так, чтобы она завлекала, последнюю – чтобы она оставалась с читателем после того, как он закроет книгу.

Долго я думал, с чего начать. Перебрал не одну фразу. Вычёркивал, переписывал, снова вычёркивал. Но всё же остановился. И вот первый шаг сделан, и вы его прочли. Теперь, пожалуй, продолжу.

Мне всегда нравились метафоры. Одна из них, о цели, запала мне прямо в душу особенно сильно.

Представьте коробку с ёлочными игрушками. В ней целый мир: разноцветные шары, стеклянные ангелы, серебряные колокольчики, дирижабли, автомобили, сказочные персонажи – Чебурашка с Геной, Умка, Винни-Пух. Они хранятся там годами, пылятся, ждут своего часа. И пока нет ёлки, они просто мёртвый груз. Лежат без дела, занимают место, не выполняют своей функции. Но стоит появиться ёлке – и всё меняется. Начинается волшебство. Игрушки оживают, каждая находит своё место, создавая единое целое. Они больше не просто вещи, они часть чего-то большего, связаны между собой, работают на общий результат.

Так и в жизни. Долго я искал свою ёлку, свою цель, среди множества других. Искал ту самую, единственную, которая оживит всё вокруг. И когда нашёл, мои ресурсы начали раскрываться. Они больше не были хаотичным набором возможностей, не лежали бесполезным грузом в глубине сознания. Они начали работать, вплетаться в единую картину, украшать её и помогать двигаться вперёд. Да, я нашёл свою ёлку. Теперь осталось её нарядить.

Давайте сейчас на чуть-чуть заглянем в моё прошлое, в моё детство. Мне было семь лет, и тогда в моей голове сформировалась одна из первых и, как мне казалось, главных целей. Я был уверен, что для её осуществления не нужно никаких усилий, достаточно просто вырасти – и всё сбудется само собой.

Я мечтал о семье. О том, что стану любящим мужем и отцом, который сделает своих близких счастливыми. В моём представлении семья должна была быть наполнена любовью, пониманием, согласием. Я хотел, чтобы дети росли без страха перед родителями. Чтобы, совершив проступок, они не думали: «Отец меня убьёт…», а говорили себе: «Надо позвонить отцу и всё ему рассказать…»

По ночам, украдкой от всех, я обещал себе, что никогда не повторю ошибок своих родителей, своего отца. Что мои дети никогда не увидят ни насилия, ни унижения, ни холодного равнодушия. Я дал себе клятву, что в моей семье будет только любовь. Но что-то пошло не так. То ли я неправильно сформулировал свою цель. То ли это никогда не было целью, а всего лишь детской мечтой, которая разбилась о скалы реальной жизни.

Мой опыт подсказывает, что мечты редко сбываются так, как нам этого хочется. То ли мы формулируем их неправильно, то ли мечтаем не о том, то ли просто не знаем всех препятствий, которые стоят на пути. Да и сама мечта – вещь расплывчатая, эфемерная. Можно грезить всю жизнь, но так и не сделать ни одного шага к её воплощению. Со временем мечта может трансформироваться, угаснуть, стать лишь тенью прошлого желания.

Нас не учат мечтать по-настоящему. Не учат верить в свои желания. Но зато нас учат исполнять чужие. В итоге для своей мечты у нас не остаётся ни времени, ни веры, ни сил. Мы теряем её где-то по дороге во взрослую жизнь, а иногда и вовсе перестаём понимать, чего хотим сами. Со мной произошло именно так. Я забыл, о чём мечтал в детстве. Я жил, реализуя чужие цели, но свои не формулировал. Своя мечта казалась мне чем-то прочным, как корабль, который вот-вот отправится в плавание. Но оказалось, что у него с самого начала были пробоины, о которых я не знал. Он держался на воде благодаря моему воображению, но в реальности всё пошло иначе.

И всё же, если оглянуться назад, я могу сказать: моя детская мечта сбылась. У меня есть семья, я любящий муж и отец. Путь к этому был непростым, но он того стоил. Если бы мне предложили пройти его снова, я бы без колебаний ответил: «Сто раз да». Но главное, что теперь у меня есть не только исполненная мечта, но и мои собственные цели. Я больше не отдам их никому. Я сам наполняю свою жизнь смыслом.

Не знаю, почему, но именно с этих строк мне захотелось начать свою книгу. Сделал ли я свою семью счастливой? Ответ на этот вопрос, возможно, станет яснее вам, читатель, когда вы пройдёте вместе со мной этот путь: от первых детских мечт до осознания того, чем на самом деле является счастье.

Счастье – вещь субъективная. У каждого оно своё, и невозможно измерить его едиными мерками. Но Зигмунд Фрейд3Зигмунд Фрейд – австрийский психолог, психоаналитик, психиатр и невролог. Среди достижений Фрейда наиболее важными являются разработка трёхкомпонентной структурной модели психики (состоящая из «Оно», «Я» и «Сверх-Я»), выделение специфических фаз психосексуального развития личности, создание теории Эдипова комплекса, обнаружение функционирующих в психике защитных механизмов, психологизация понятия «бессознательное», открытие переноса и контрпереноса, а также разработка таких терапевтических методик, как метод свободных ассоциаций и толкование сновидений. однажды сказал: «Только воплощение в жизнь мечты детства может принести человеку счастье». И в этих словах есть нечто глубокое: счастье – это не конечная точка, а процесс, связанный с тем, чтобы не предавать свои истинные желания. Оно начинается внутри, в том, кто мы есть и как живём. И если я счастлив, значит, есть шанс, что счастье сможет почувствовать и тот, кто рядом.