← КнигаГлава 2. Введение
Глава 2

Введение

Я стою перед дверью.

Введение – это распахнутая дверь.

Я стою перед дверью. Она уже приоткрыта, и сквозь щель пробивается свет. Но войти внутрь – это не просто шаг, а выбор. Оставаться снаружи, в зоне привычного комфорта, или перешагнуть порог и столкнуться с правдой? Не с той правдой, которая удобна, а с той, которая может быть неудобной, даже колючей, но без неё невозможно двигаться дальше.

Эта глава – мой жест в вашу сторону, читатель. Я протягиваю руку и приглашаю вас внутрь. Но сразу предупреждаю: я не собираюсь украшать стены мишурой. Не будет приглушённого света, который скрывает неровности. Здесь всё видно. Честность – это свет, от которого порой хочется отвернуться, но без него нельзя увидеть картину целиком.

Человек устроен так, что чаще всего боится не внешнего врага, а собственного отражения. Введение – это не просто открытие двери, это приглашение взглянуть в зеркало. Увидеть не только себя, но и свою семью, свои убеждения, свою правду. Готовы ли вы?

Карандашный рисунок руки, пишущей карандашомПорог – это то место,где ты решаешь.
Свобода – это способность хотеть то, что хочешь на самом деле.Зигмунд Фрейд

Читатель, с первых строк этой книги я хочу избежать недопонимания. Здесь не будет интриги, намёков и туманных обещаний. Я за прозрачность. За чистый воздух без примесей самообмана. Наш мир и так пропитан наваждением, а воздух – болью незаживших душевных ран. Обман, особенно самообман, – это пелена, заслоняющая правду, это туман, рассеивающий реальность, это стена, выстроенная мной же против самого себя. Разве стоит продолжать этот обман? Вам, читатель, нужна моя ложь? Мне точно нет. Поэтому я выбираю правду. Пусть она будет резкой, неловкой, местами неудобной, но моей. Воздух этой книги не будет отравлен сожалением о том, что я не решился сказать честно.

Кстати, если тема самообмана вам близка, в главе «Размышления над размышлениями, или Самотерапия творчеством» есть стихотворение с таким же названием – «Самообман» (см. стр. ***). Если хотите, прочитайте прямо сейчас, не хотите – двигайтесь дальше. Если вам привычнее читать всё подряд, не изменяйте себе.

Итак.

Свет!Камера!Мотор!Начали!

Это книга обо мне, читатель.

Хочется сказать, что эта книга и о вас… но почему-то язык не поворачивается. Хотя постойте, почему бы и нет? Конечно, в общих чертах все мы похожи. У каждого две руки, две ноги, голова на плечах. Все мы дышим, питаемся, ощущаем мир через пять основных чувств. Все рождаемся, растём, взрослеем, умираем. Всё это правда, но речь сейчас не об этом. Я говорю о другом – о свободе выбора. О той самой свободе, которая дала мне возможность идти своим путём, ошибаться, падать, вставать и продолжать движение. Свобода, за которую я несу ответственность перед самим собой.

В какой-то момент жизни я понял: у меня есть шанс. Шанс научиться выбирать. Правильно ли, ошибочно – это не так важно. Главное – чтобы это был мой выбор. Я осознал, что мне придётся постичь искусство «да» и «нет» – двух коротких слов, за которыми скрывается бесконечное количество решений. И каждое моё «да», каждое моё «нет» – это не просто слово, это груз личной ответственности. Ответственности перед самым строгим судьёй – собой. (Кстати, о выборе: у меня есть стих, посвящённый слову «нет» (см. стр. ***), он даже был положен на музыку. Его можно найти по QR-коду.)

Так вот, о том, насколько мы с вами похожи. Я такой же, как все, а значит – не такой, как все. И вы тоже. Возможно, если присмотреться повнимательнее, кто-то из вас найдёт на этих страницах отражение себя. Может быть, в этой книге вы увидите не только мой путь, но и свой собственный. А я, перелистывая написанное, снова увижу себя со стороны, таким, каким я был, каким стал и каким мог бы быть.

Эта книга – о моей жизни. Точнее, об одном из её ключевых этапов. О периоде, когда я попытался понять, кто я, откуда во мне мои страхи, сомнения, тревоги и есть ли у всего этого шанс на исцеление. По сути, это рассказ о жизни одного невротика (как принято говорить в среде психоаналитиков), но, думаю, вы, читатель, уже догадались об этом из названия.

Я не скрываю этого, напротив, я признаю себя невротической личностью, которая осознаёт своё состояние и стремится к выздоровлению. Ведь если я не буду честен с самим собой, если не призна́ю тот факт, что внутри меня есть что-то, требующее исцеления, то и сам процесс исцеления никогда не начнётся.

Но невротиком я не родился. У всего есть причины. Моими стали жизненный опыт моего рода и устои общества, в котором я рос. Говорят: «От осинки не родятся апельсинки». Всё верно. Я – сын своих родителей. Но я ещё и часть общества, в котором сформировалось моё сознание. Моё мышление, мои убеждения, нормы и ценности – всё это когда-то не было моим. Всё это в меня вложили. Всё это стало частью меня, прежде чем я вообще понял, что можно иначе.

Будучи одновременно и индивидуумом, и невротической личностью, я не могу отрицать, что мне присущи тревожность, эмоциональная неустойчивость и низкое самоуважение (назову лишь основные проявления). Как говорится в литературе по психологии, таким людям особенно трудно регулировать свои негативные эмоции, и это факт.

Мои негативные эмоции возникали да и сейчас возникают по разным причинам. Например, когда я чувствую, что не справляюсь с поставленными задачами. Когда понимаю, что не довожу дела до логического завершения. Когда кто-то делает что-то лучше, чем я рассчитывал. Когда всё идёт не по-моему. Перечень можно продолжать, но суть одна: внутри меня всё ещё живёт этот внутренний голос, который заставляет меня сомневаться, тревожиться, раздражаться.

Сегодня, когда эти эмоции поднимают голову, я стараюсь «ловить себя за хвост», я позволяю себе побыть с ними, прожить их, а не убегать от них «сломя голову». Пока не всегда успешно, но я учусь. Учусь не поддаваться им, учусь видеть в них сигналы, а не приговор. Есть одна фраза, которая, как мне видится, точно описывает невротика: «Он может любить, может не любить, но его любить обязаны». Да, именно так. Именно так устроена невротическая личность. И я, пока ещё, остаюсь устроенным так же. Но, к своему счастью, я работаю над собой. И, к моему счастью, многие невротические симптомы уже отошли в сторону, чему я, безусловно, рад. Процесс ведь не быстрый. А как иначе?!

Обращаю ваше внимание, читатель: в этой книге речь идёт о невротических симптомах – тех, что возникают во мне, несмотря на внешнее благополучие, порой даже без видимых причин. Они всплывают изнутри, в моменты внутреннего дискомфорта, и могут сопровождать человека, который в целом остаётся здоровым. В таких случаях само состояние объясняется не хроническим расстройством, а реакцией на критическую ситуацию, которая вывела его из душевного равновесия.

Но важно сделать одно уточнение. Если невроз уже перешёл в тяжёлую форму, если он стал частью повседневной реальности, если в человеке укоренились астенические, навязчивые или истерические проявления, а его физическая и умственная работоспособность заметно снижена, то речь идёт уже не о симптомах, а о болезни. И в этом случае необходима клиническая помощь.

Следовательно, эта книга не подойдёт тем, кто ищет в ней спасения от глубокого невроза. Она не рецепт, не руководство к действию, не инструкция по исцелению. Это всего лишь мой взгляд, мой путь, мои размышления.

О моём невротизме, читатель, вы узнаете ещё немало из этой книги, но сейчас, чтобы не углубляться преждевременно, позволю себе сказать лишь несколько вводных слов. Ведь перед вами только «Введение» – присказка, а сама сказка ещё впереди.

Как говорил Лев Толстой в «Анне Карениной», «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему. Всё смешалось в доме Облонских…»

Кризисы в семье – это как вехи взросления: кризис рождения ребёнка, кризис одного года, кризис трёх лет… Они пролетели быстро. Но кризис семи лет оказался особенным. Он не просто дал о себе знать, он стал испытанием, тяжёлым и судьбоносным. Именно тогда пришло осознание, что пора взрослеть по-настоящему: не прятаться за накопленные обиды, не уходить в молчание, а учиться решать вопросы по-взрослому. Этот момент стал для меня и моей жены своего рода рубежом. Наступила новая эра семейных отношений. И вместе с ней пришло понимание, что причины собственных неудач не в семье, а в самом себе. Что спасение не в бегстве, не в разводе, а в работе над собой. И надо сказать, что первым, кто осознал это, кто раньше всех увидел, что так продолжаться больше не может, была моя жена.

Не прошло и восьми лет совместной жизни, как стало очевидно: наше производство под названием «Семья» оказалось на грани банкротства. Нам грозила процедура ликвидации, и это была наша реальность, которой нужно было смотреть в глаза. И только моя жена смогла разглядеть, насколько ухудшилось положение дел за эти годы. И, что ещё главное, она смогла разглядеть, куда всё движется дальше, если ничего не менять. А я? Я ничего не осознавал. И, если быть честным, даже не собирался. Я жил во сне. Автоматически выполнял привычные действия, не задаваясь вопросом, куда ведёт этот путь. Да, когда «прозвенел будильник», первая проснулась она. Открыла глаза и поняла: наш самолёт падает. Всё, что казалось стабильным, рушилось. Кислорода становилось всё меньше, а паники всё больше. В такие моменты важно помнить простую инструкцию: «Сначала наденьте маску на себя, затем на ребёнка». Надо сказать, что она следовала этой инструкции, она доверилась ей. Она не знала, что ждёт впереди, и не представляла, насколько трудным окажется путь. Но она ясно осознала одно: если не спасти себя, не спасти и других.

Почему я сравниваю свою семью с производством, спросите вы?

Семья – это, по сути, тоже производство. Здесь нужны профессиональные топ-менеджеры (муж и жена), стартовый капитал, офис (квартира) и целая система процессов, отлаженных и работающих слаженно. Семья – сложный организм, в котором должны выполняться воспитательные, хозяйственные, юридические, эмоциональные и сексуальные функции. Особенность этого производства в том, что одним из его «побочных эффектов» является рождение детей. Но проблема в том, что семейные предприятия слишком часто терпят крах. И наша семья, к сожалению (а может, и к счастью), не стала исключением. В какой-то момент всё начало рассыпаться. О команде речи уже не шло, каждый сам по себе, каждый со своими обидами, претензиями, ожиданиями. Мы напоминали героев басни Крылова:

«Когда в товарищах согласья нет, На лад их дело не пойдёт, И выйдет из него не дело, только му́ка».

Так и было. Но самое страшное заключалось в том, что разрушение шло не внезапно, не резко. Оно капля за каплей пропитывало нашу жизнь, делая хаос привычным, а безразличие – нашей нормой. Мы подошли к той самой грани, за которой согласие осталось лишь словом, а семейная жизнь начала приносить не только душевные муки, но и физическую боль. И что-то нужно было с этим делать.

Если говорить откровенно, наше семейное «производство» стартовало без квалифицированных кадров, без стартового капитала, без понимания экономической и юридической стороны, да и, конечно, без собственного «офиса». Мы пустились в плавание, даже не проверив, выдержит ли наш «корабль» первые же волны. В нашем случае вся ситуация напоминала строки С. Я. Маршака:

«Три мудреца в одном тазу Пустились по́ морю в грозу. Будь попрочнее старый таз, Длиннее был бы мой рассказ».

Так и мы, даже не осознавая, насколько всё хрупко, прыгнули в семейную жизнь, не задав себе самого важного вопроса: «А готовы ли мы вообще строить семью? Есть ли у нас для этого всё необходимое?» И если бы не жена, возможно, этот рассказ действительно получился бы коротким.

Но раз уж семья – это производство, а производство – это команда, значит, у нас не было права просто «забить» друг на друга. Хотелось или нет, но мы были вынуждены признать: без настоящей сплочённости, без общего взгляда на будущее наша семейная конструкция так и останется шатким, разрушающимся зданием. Я тогда ещё не до конца осознавал, но именно в этот момент мы должны были овладеть ключевым правилом любой команды: «Добейтесь того, чтобы все члены вашей команды (семьи) смотрели в одном направлении, и вы победите любую проблему, на любом поле, всегда и везде».

Проблема в том, что на тот момент мы смотрели пока в разные стороны. Лишь сквозь годы могу с гордостью сказать: нашу семью сберегла жена. Недаром говорят, что женщина по своей природе – это создательница и хранительница семейного очага. Именно она в тот момент взяла на себя ответственность за выстраивание отношений, которые к тому времени уже давно рассы́пались. Но подчеркну: если бы мы оба не захотели сохранить семью, если бы между нами не осталось той самой искры, то ничего бы не вышло. Не стерпелось бы, да и не слюбилось бы. Семья разрушилась бы нашими же руками. Пишу «нашими», потому что для хлопка́ нужны всегда две ладони. Ответственность лежит на каждом.

Я уверен, что у каждого человека есть шанс превратить свой союз в команду. Но при одном условии: если главной привычкой в жизни станет непрерывная работа над собой. Только тогда финальная игра может стать успешной. Что касается нас, то мы воспользовались своим шансом. Не могу сказать, что наша семья стала идеальной. Да этого и не нужно. Мы просто идём своим путём. Не так, «как у всех», а так, как правильно для нас.

Путём, где совершают ошибки. Путём, где падают, но, упав, поднимают друг друга. Путём, где учатся. Не только на своих ошибках. И, главное, путём, который выбирают вместе.

Приведу в этом месте цитату из книги «Опыты» Мишеля де Монтеня. Многие советовали мне исключить этот фрагмент или пересказать своими словами, считая его слишком тяжёлым для восприятия в контексте моей книги. Но мой внутренний голос настоял: «Оставить как есть». Ведь кто может выразить мысль лучше, чем сам гений? Кроме того, эта цитата во многом отражает суть того, о чём я говорю. Итак, прямое цитирование де Монтеня:

«Это искренняя книга, читатель. Она с самого начала предуведомляет тебя, что я не ставил себе никаких иных целей, кроме семейных и частных. Я нисколько не помышлял ни о твоей пользе, ни о своей славе. Силы мои недостаточны для подобной задачи. Назначение этой книги – доставить своеобразное удовольствие моей родне и друзьям: потеряв меня (а это произойдет в близком будущем), они смогут разыскать в ней кое-какие следы моего характера и моих мыслей и, благодаря этому, восполнить и оживить то представление, которое у них создалось обо мне. Если бы я писал эту книгу, чтобы сникать благоволение света, я бы принарядился и показал себя в полном параде. Но я хочу, чтобы меня видели в моем простом, естественном и обыденном виде, непринужденным и безыскусственным, ибо я рисую не кого-либо, а себя самого. Мои недостатки предстанут здесь как живые, и весь облик мой таким, каков он в действительности, насколько, разумеется, это совместимо с моим уважением к публике. Если бы я жил между тех племен, которые, как говорят, и посейчас ещё наслаждаются сладостной свободою изначальных законов природы, уверяю тебя, читатель, я с величайшей охотою нарисовал бы себя во весь рост, и при том нагишом. Таким образом, содержание моей книги – я сам, а это отнюдь не причина, чтобы ты отдавал свой досуг предмету столь легковесному и ничтожному. Прощай же!»

Исходя из слов де Монтеня, я ещё раз хочу подчеркнуть, читатель: моя книга предстанет перед вами без купюр. То есть без искажений, без сглаживания углов, без попыток приукрасить или спрятать то, что может показаться неудобным. Думаю, именно отсюда пошли выражения «печатается без купюр» или «поговорим без купюр», как символ честности, открытости, безусловного признания правды.

Вы правильно понимаете, что в этой книге будет предельно откровенный разговор – обо мне, о моей семье, о том, что мы пережили. Я не вижу смысла врать самому себе и вам, читатель, потому что вранье себе – это членовредительство. Это как выстрел себе в руку или в ногу: больно, нелепо, разрушительно. А вот честность, даже самая неудобная и неприятная, приносит куда бо́льшую пользу. Ведь только познав самого себя, можно по-настоящему понять тех, кто рядом.

Могу сказать одно: решение «оголить» свою душу перед вами, читатель, далось мне не совсем легко. Конечно, кто-то спросит: «А зачем тебе это? Никто ведь не просит. Живи спокойно, помалкивай. Чего вылез-то?» И в каком-то смысле это замечание справедливо. Но всё же я делаю это не для кого-то, а в первую очередь для себя. Читатель, не страшитесь моей «наготы», всё будет в рамках допустимого. Обещаю, порнографии и «чернухи» в этой книге точно нет, разве что лёгкий налёт эротики. Но это, конечно же, шутка.

А если серьёзно, то эта книга также написана ещё и для моей дочери. Как говорил де Монтень, я хочу доставить ей своеобразное удовольствие: дать возможность, даже потеряв меня, заглянуть в эти страницы и снова услышать мой голос. Воссоздать в памяти мои размышления, уловить оттенки моего характера, оживить представление обо мне. Ведь, в конце концов, что остаётся после нас? Лишь слова, поступки и тот след, что мы оставили в душах близких.

Кроме того, моя книга может оказаться полезной для тех, кто ещё не построил семью, кто делает повторную попытку и хочет, чтобы она стала последней, кто находится в браке, но испытывает сомнения, или кто, возможно, не вполне доволен своей семейной жизнью, но не готов разрушать её.

Эта книга – результат долгой и, по сути, бесконечной работы над собой. Пока я жив, этот процесс не может остановиться. В каком-то смысле книга – это один из способов зафиксировать этот путь, придать ему очертания, сделать видимым не только для себя, но и для тех, кто тоже ищет ответы. Она для всех, от мала до велика, для тех, кто интересуется познанием самого себя. Ведь, взглянув внутрь, можно задать себе, возможно, самые важные вопросы: «Что я знаю о себе? Насколько я самостоятелен в своих суждениях? Как влияют на меня другие?» Эти вопросы выходят далеко за пределы семьи, но именно они определяют её судьбу. И, как подсказывает мне мой опыт, умение задавать себе вопросы – это один из ключевых навыков жизни.

Ведь что является основой семейной жизни? Общность взглядов. Не зря Экзюпери писал: «Любовь – это не когда смотрят друг на друга, но когда смотрят в одном направлении». Если в семье каждый движется в свою сторону, разрывая связь, рано или поздно она теряет целостность. Чем больше совпадают ценности, тем прочнее союз. Эту же мысль выражал А. В. Петровский: «Ценностно-ориентационное единство в коллективе – это сближение оценок в нравственной и деловой сфере, в подходе к целям и задачам совместной деятельности». Семья – это тоже коллектив, только самый близкий, самый уязвимый и самый важный.

Кроме общих ценностей, на мой взгляд, между людьми ещё должна быть совместимость. Под совместимостью я понимаю не просто бытовую слаженность, а нечто более глубокое, сходство в чём-то важном, что делает людей понятными друг другу, и, конечно, искреннюю симпатию к человеку таким, какой он есть. Хотя, если быть честным, я понимаю и другое: таким, «какой я есть», я вряд ли могу вызвать восхищение. Если не работать над собой, то, как говорила Фаина Раневская, остаётся лишь одно – сдохнуть в одиночестве. Жёстко? Возможно! Но во многом она права: либо развиваешься, либо неизбежно становишься чужим даже для тех, кто когда-то был рядом.

Эти два аспекта – внутренняя работа над собой и совместимость с партнёром – неразрывно связаны. Чем больше общего у двух людей, тем лучше они понимают друг друга. Они способны поддержать друг друга, ценить поступки другого, избегать ненужных конфликтов. Люди со схожими взглядами и интересами одинаково реагируют на дождливый день, новый автомобиль, длинный отпуск, воскресное утро или шумную вечеринку.

Говорят, противоположности притягиваются. Возможно, в рамках случайных связей это так. Но в долгосрочной перспективе всё иначе: сходство между партнёрами – основа прочности их союза. Канадские исследователи выделили четыре главных фактора, делающих семью устойчивой. Первое – общее мировоззрение. Второе – гастрономические вкусы (да-да, даже еда играет роль). Только на третьем месте – секс. И на четвёртом – тактильность, желание гладить друг друга.

Мы с женой пришли к ещё одному выводу. Настоящая гармония начинается тогда, когда в семье исчезает сама потребность что-то делить – власть, статус, «кто главный», «у кого яйца больше». Когда этот вопрос уходит, всё становится на свои места. По крайней мере, у нас было и остаётся именно так. В главу «Размышления над размышлениями, или Самотерапия творчеством» я включил стихотворение под названием «Танец собеседников» (см. стр. ***). Думаю, именно в нём отразилась суть того, как я сегодня понимаю долгосрочные отношения: как тонкий, внимательный танец двух людей, которые учатся слышать друг друга не только ушами, но и паузами, дыханием, тишиной.

Я верю, что эта книга поможет вам, читатель, взглянуть на один важный факт под совершенно новым углом: человек и его психология неразделимы. Ведь, понимая внутренние механизмы, можно не только лучше осознавать себя, но и находить выходы из сложных ситуаций, достигать большего за более короткое время. Конечно, сперва нужно потрудиться, чтобы разобраться в этих законах. Но если мы научимся им следовать, то сможем выстраивать гармоничные отношения и решать важнейшие задачи – от простых бытовых до глубоких экзистенциальных.

При этом семья, как и любое сложное взаимодействие, требует согласованности. Только став настоящей командой, можно справляться с теми вызовами, которые неизбежно подбрасывает нам жизнь. Достичь этого, как кажется на первый взгляд, просто, но на деле оказывается трудной и ежедневной работой. Только те, кто осознанно идёт этим путём, преодолевая свои слабости, получают шанс на прочные отношения, в которых больше поддержки, чем борьбы.

Моя книга – это не сборник универсальных рецептов и не контрольный список решений. Не стоит ожидать, что всё в жизни сложится так, как здесь описано. Охватить все возможные методики и приёмы в одной книге – это задача невыполнимая. Да и мой личный опыт не может быть универсальным: он уместен не в каждой ситуации и не всегда даёт предсказуемый результат. В конце концов, каждый человек в каком-то смысле художник своего счастья. А у каждого художника свой стиль, и вам, читатель, придётся отыскать его самостоятельно.

Помните, что это всего лишь просветительский материал, содержащий общие понятия и мой личный опыт. Не пытайтесь реализовать всё, что описано, без осмысления. Не спешите впитывать текст за один присест, так как у меня на это ушло порядка десяти лет. Также не стоит ждать от этой книги строгой структуры, присущей профессиональной литературе. Это скорее поток мыслей, которые возникали в моей голове в разные периоды жизни, были записаны на бумагу, затем оформлены в читаемую форму и в конце концов легли на страницы этой книги.

Ещё скажу немного о своей книге (и это, конечно, мой субъективный взгляд). Она имеет несколько особенностей:

Итак, вперёд! И главное – не сомневайтесь, ведь сомнение предательству равно, как гласит древняя тибетская мудрость. Человек, который сомневается в себе, предаёт сам себя. Древние вообще хорошо знали эти истины. За пятьдесят лет до рождения Христа римский поэт Вергилий писал: «Они могут, потому что они в этом убеждены». Вот и я убеждён: и вы, читатель, и я – мы можем многое.

Если вы дочитали до этого места, значит, вы уже держите мою книгу в своих руках.

Спасибо, что вы здесь.

Я приветствую вас.

Будем знакомиться?

Если «ДА», то я протягиваю вам свою руку, и вам остаётся лишь ответить тем же. Если «НЕТ» – ничего страшного. Мне понятен ваш настрой, ведь с детства нас учили, что с малознакомыми людьми стоит быть осторожнее. В конце концов, для вас я действительно пока малознакомый человек. И это нормально. Вне зависимости от вашего выбора, будем знакомы, читатель! Приятного вам чтения и хорошего времяпрепровождения.

А теперь…

Надо сказать, у каждого человека есть свой внутренний компас. Его стрелка всегда указывает на север. Так пусть ваш внутренний компас приведёт вас к единственной важной точке на этой планете. К СЕБЕ.

P. S.

Эта книга – это мой диалог. И пусть он выглядит как разговор с самим собой, на самом деле я не один. Кто-то помогает мне формулировать мысли, кто-то ведёт меня через лабиринт слов, помогая углубиться туда, куда я не всегда решаюсь заглянуть. Это не голос свыше, не авторитетный наставник, а скорее тень рядом, которая задаёт вопросы, уточняет, помогает расставить акценты. Без него этот текст был бы другим. Возможно, менее точным. Возможно, менее честным.

Каждая новая глава – как шаг вглубь себя.

Мы только приоткрыли дверь. Сделали первый вдох.

Теперь самое время спросить: «А зачем всё это?»

Зачем слова, страницы, воспоминания?

Что вообще значит книга, не как предмет, а как жест, как выбор, как путь?

Следующая глава:

Что значит для меня моя книга.

Это не просто история. Это не просто текст.

Это попытка восстановить форму разбитого.

Собрать себя, как черепки вазы, склеенные золотом, и увидеть в этих трещинах силу.

Моя книга – это не про литературу. Она про жизнь, которую я решил не прятать.